|
|
||
Виктория Лоухи, Владимир Анкудинов, Алан Дигора
Настоящая работа посвящена комплексному исследованию одного из наименее изученных аспектов трагедии группы И. А. Дятлова - свидетельствам о необычных повреждениях древесной растительности в районе гибели туристов. Впервые в рамках одного исследования проанализированы материалы уголовного дела 1959 года, публикация следователя Л. Н. Иванова, интервью бывшего следователя В. И. Коротаева, воспоминания участников поисковых работ, а также современные исследования в области лесопатологии, судебной ботаники, дендрологии и физики тепловых процессов. Особое внимание уделено сообщениям об обожжённых ветвях и молодых деревьях на границе леса. Проведено сопоставление опубликованных свидетельств с современными научными данными о повреждениях древесной растительности, возникающих при различных природных и техногенных воздействиях. Полученные результаты свидетельствуют о необходимости рассматривать древесную растительность как самостоятельный криминалистический объект исследования при реконструкции обстоятельств трагедии на перевале Дятлова.
Перевал Дятлова; группа Дятлова; Лев Иванов; Владимир Коротаев; Степан Куриков; Евгений Масленников; лесопатология; судебная ботаника; криминалистика; древесная растительность; термическое воздействие; техногенное воздействие.
Соавтор Виктория Лоухи по одному из профессиональных направлений является инженером лесного хозяйства и выражает глубокую признательность исследователям Владимиру Анкудинову и Алану Дигоре за помощь в подготовке настоящей статьи, а также всем, кто поучаствовал в дискуссии 'Большого чата'. Наши консультации, обсуждение архивных материалов, критические замечания и совместный анализ документальных источников способствовали формированию концепции настоящего исследования.
'Добрый вечер, Виктория.
Если моё мнение интересует по обожженным веткам деревьев, то я бы изложил всё более коротко и примерно вот так.
Степан Куриков на границе леса видел обожженные ветки деревьев. Об этом заявлял следователь Коротаев, который допрашивал в 1959 году Степана Курикова. Как сообщил Коротаев, все протоколы допросов свидетелей-мансей (а этих свидетелей было установлено и допрошено Коротаевым около десятка), в том числе, протокол допроса Степана Курикова, он передал прокуроруТемпалову, а Темпалов передал эти протоколы приехавшему из Москвы Уракову. Потому этих протоколов нет и быть не может в известном всем 'деле без номера'. В этих протоколах содержались сведения об объекте, полёт которого свидетели наблюдали в день гибели туристов группы Дятлова. Некоторые свидетели непосредственно в протоколах сами нарисовали этот объект.
Факт существования этих протоколов (которых нет в 'деле без номера') подтвержден: за эти протоколы Коротаев, будучи еще стажером, удостоился благодарности от Заместителя Прокурора РСФСР. Эта благодарность стажеру от столь высокого прокурорского начальства была известным в профессиональных кругах фактом биографии Коротаева и предметом его профессиональной гордости: в системе прокуратуры больше никогда не было случаев, чтобы стажер получал персональную благодарность от Заместителя Прокурора союзной республики.
Точечными взрывами являются, в основном, взрывы твѐрдых или жидких веществ, занимающих малый объѐм относительно зоны воздействия. Примером может служить взрыв любого заряда конденсированного взрывчатого вещества.Таким образом имеем подтверждение одного и того же факта (существование на границе леса обожженных веток деревьев) из двух независимых друг от друга источников. В соответствии с положениями теории доказательств, факт, подтвержденный сведениями из двух независимых друг от друга источников, является доказанным фактом.
Отсюда следует, что факт существования на границе леса обожженных веток деревьев является доказанным.
Для появления обожженных веток деревьев требуется наличие источника открытого пламени. Следовательно, такой источник открытого пламени в том месте в то время существовал. Применительно к конкретным обстоятельствам места и времени, таким источником открытого пламени мог быть только взрыв, вспышку которого вечером 1 февраля 1959 года свидетели наблюдали на большом расстоянии. Причем это должен был быть т.н. 'объемный' взрыв, потому что 'точечный' взрыв КВВ (конденсированного взрывчатого вещества) не сопровождается выбросом открытого пламени, способного на расстоянии от эпицентра взрыва обжечь деревья и растопить снег.
Тогда как при 'объемном' взрыве образуется значительных размеров облако разогретой горящей смеси, именуемое 'огненным шаром'.
= = = = = = = = = = = = = = = = = = =
https://docs.yandex.ru/docs/view?tm=1784391617&tld=ru&lang=ru&name=20_bez_zhizntdeiat_UP.pdf&text=%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%81%D0%B8%D1%80%D1%83%D0%B5%D0%BC%D0%BE%D0%B5%20%D0%B2%D0%B7%D1%80%D1%8B%D0%B2%D1%87%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B5%20%D0%B2%D0%B5%D1%89%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%BE&url=https%3A%2F%2Fklgtu.ru%2Fvikon%2Fsveden%2Ffiles%2F20_bez_zhizntdeiat_UP.pdf&lr=54&mime=pdf&l10n=ru&sign=c849cca5a34247c803e999fa0a242b7f&keyno=0&nosw=1&serpParams=tm%3D1784391617%26tld%3Dru%26lang%3Dru%26name%3D20_bez_zhizntdeiat_UP.pdf%26text%3D%25D0%25BA%25D0%25BE%25D0%25BD%25D0%25B4%25D0%25B5%25D0%25BD%25D1%2581%25D0%25B8%25D1%2580%25D1%2583%25D0%25B5%25D0%25BC%25D0%25BE%25D0%25B5%2B%25D0%25B2%25D0%25B7%25D1%2580%25D1%258B%25D0%25B2%25D1%2587%25D0%25B0%25D1%2582%25D0%25BE%25D0%25B5%2B%25D0%25B2%25D0%25B5%25D1%2589%25D0%25B5%25D1%2581%25D1%2582%25D0%25B2%25D0%25BE%26url%3Dhttps%253A%2F%2Fklgtu.ru%2Fvikon%2Fsveden%2Ffiles%2F20_bez_zhizntdeiat_UP.pdf%26lr%3D54%26mime%3Dpdf%26l10n%3Dru%26sign%3Dc849cca5a34247c803e999fa0a242b7f%26keyno%3D0%26nosw%3D1
Клячин, С.И. Теория горения и взрыва. Часть 2 Взрывы и взрывчатые вещества: учебное пособие / С.И. Клячин. - Калининград: Изд-во БГАРФ, 2020 - 144 с.
Стр.11-12:
'По характеру взрывного процесса в пространстве все химические взрыва подразделяются на:
-точечные (сосредоточенные);
- объёмные.
Точечными взрывами являются, в основном, взрывы твёрдых или жидких веществ, занимающих малый объём относительно зоны воздействия. Примером может служить взрыв любого заряда конденсированного взрывчатого вещества.
Объёмный взрыв представляет собой взрыв газо-, паро- или пылевоздушного облака, занимающего значительный относительно зоны воздействия объём. При таком взрыве образуется значительное облако разогретой горящей смеси, называемое огненным шаром. Огненный шар - это крупномасштабное диффузное пламя сгорающей массы горючего или парового облака, поднимающегося над поверхностью земли. Огненный шар распространяется в окружающей среде со значительной скоростью.'.
= = = = = = = = = = = = = = = =
Таким образом получается, что имел место 'объемный' взрыв, вспышку которого видели свидетели вечером 1 февраля 1959 года, и открытое пламя этого взрыва обожгло на границе леса ветки деревьев, а выше по уровню, где лесной растительности нет, растопило снег, образовав обширные ледяные поля, зафиксированные на известных фотоснимках.' Владимир Анкудинов
За прошедшие десятилетия трагедия группы Игоря Дятлова стала предметом многочисленных исследований, посвящённых обстоятельствам гибели туристов, судебно-медицинским данным, метеорологической обстановке, рельефу местности и различным версиям произошедшего. Однако один из возможных источников информации до настоящего времени практически не подвергался специальному научному анализу - древесная растительность района трагедии. Между тем современные исследования в области лесопатологии показывают, что деревья способны длительное время сохранять следы механического, химического и термического воздействия. Повреждения коры, древесины, хвои и молодых побегов используются при расследовании лесных пожаров, авиационных катастроф, промышленных аварий и иных чрезвычайных происшествий (Ryan, 1982; Shigo, 1986; Hood, 2010). Особый интерес представляют сведения, опубликованные участниками расследования спустя десятилетия после окончания следствия. Следователь Л. Н. Иванов сообщил о молодых деревьях на границе леса с необычными признаками термического воздействия, обнаруженных во время повторного осмотра места происшествия совместно с Е. П. Масленниковым (Иванов, 1990). Независимо от него бывший следователь В. И. Коротаев опубликовал сведения, полученные от мансийского охотника Степана Курикова, который также сообщал об обожжённых ветвях деревьев в районе трагедии (Коротаев, 1991). До настоящего времени эти сообщения рассматривались преимущественно как второстепенные детали различных версий событий. Между тем они могут представлять самостоятельный научный интерес независимо от того, какой сценарий гибели группы рассматривается. Цель настоящего исследования - систематизировать все известные сведения о повреждениях древесной растительности в районе перевала Дятлова, оценить их источниковедческую ценность и сопоставить с современными научными представлениями о механизмах повреждения деревьев. Для достижения поставленной цели решаются следующие задачи:
Основным документальным источником настоящего исследования являются материалы уголовного дела о гибели туристической группы И. А. Дятлова, возбужденного прокуратурой Свердловской области в феврале 1959 года. Материалы дела содержат протоколы осмотра места происшествия, схемы, фотографии, судебно-медицинские документы, показания участников поисковой операции и свидетелей, а также процессуальные документы, составленные в ходе расследования. Анализ опубликованного уголовного дела показывает, что древесная растительность неоднократно упоминается в связи с обнаружением палатки, кедра, костра, настила и тел погибших. Вместе с тем специального исследования состояния деревьев следствием не проводилось, а сведения о возможных повреждениях молодых хвойных деревьев в опубликованных материалах отсутствуют (Уголовное дело, 1959). Следует учитывать, что опубликованный сегодня вариант уголовного дела не обязательно отражает весь объём документов, созданных в ходе расследования. Вопрос о полноте сохранившегося следственного архива неоднократно поднимался различными исследователями и остаётся предметом научной дискуссии.
Особое место среди источников занимают дневники, рабочие записи и радиограммы руководителя поисковой операции Евгения Павловича Масленникова (Масленников, 1959). В отличие от процессуальных документов уголовного дела, они создавались непосредственно во время поисковых работ и поэтому обладают высокой источниковедческой ценностью. Дневниковые записи позволяют проследить последовательность обнаружения палатки, тел погибших, организацию поисковой операции, погодные условия, а также решения, принимавшиеся руководством поисков. Радиограммы фиксируют оперативную информацию, передававшуюся в штаб, и позволяют восстановить хронологию событий практически по дням. Вместе с тем анализ опубликованных дневников и радиограмм не выявил прямых упоминаний о необычных повреждениях древесной растительности, сам факт прохождения Евгения Павловича Масленникова у деревьев на краю леса имеется. Это обстоятельство не говорит о том, что был целенаправленный поиск подобных повреждений, более того, основной задачей поисковой экспедиции являлось обнаружение пропавших туристов, а не проведение детального криминалистического исследования окружающей среды. Следует учитывать, что многие наблюдения участников поисков могли не попасть в оперативные документы ввиду их второстепенного значения для непосредственной организации спасательной операции. Именно поэтому особую ценность приобретают более поздние свидетельства непосредственных участников расследования, обращавших внимание на детали, не отражённые в официальной документации.
Одним из ключевых источников настоящего исследования является статья бывшего следователя прокуратуры Льва Никитича Иванова "Тайна огненных шаров", опубликованная в 1990 году (Иванов, 1990). Впервые после завершения расследования Иванов публично сообщил о ряде обстоятельств, которые, по его мнению, не получили должной оценки в ходе следствия. Среди них особое место занимают сведения о необычных повреждениях молодых деревьев на границе леса. По словам Иванова, во время повторного осмотра места происшествия, проведённого совместно с руководителем поисковой операции Е. П. Масленниковым, были обнаружены молодые хвойные деревья с признаками необычного термического воздействия (Иванов, 1990).
'Когда уже в мае мы с Е. П. Масленниковым осматривали место происшествия, то обнаружили, что некоторые молодые елки на границе леса имеют обожженный след, но эти следы не носили концентрической формы или иной системы. Не было и эпицентра. Это еще раз подтверждало направленность как бы теплового луча или сильной, но совершенно не известной, во всяком случае, нам энергии, действующей избирательно - снег не был оплавлен, деревья не были повреждены. Создавалось впечатление, что когда туристы на своих ногах прошли более пятисот метров вниз с горы, то с некоторыми из них кто-то направленным образом расправился.'Следует отметить, что публикация появилась спустя более тридцати лет после трагедии. Это требует осторожного отношения к содержащимся в ней сведениям. Вместе с тем её автор являлся непосредственным руководителем следствия, а потому его свидетельства представляют значительную историческую ценность и заслуживают самостоятельного анализа. Настоящее исследование не ставит целью оценку выводов Л. Н. Иванова относительно природы обнаруженных повреждений. Предметом анализа являются сами сообщаемые им факты, а также возможность их интерпретации с позиций современной науки.
(Иванов, 1990)
Вторым важнейшим источником является интервью бывшего следователя Владимира Ивановича Коротаева, опубликованное в газете "На смену!" 14 февраля 1991 года (Коротаев, 1991). В отличие от Л. Н. Иванова, Коротаев не описывает собственные наблюдения состояния деревьев. Однако он приводит сведения, полученные от мансийского охотника Степана Курикова, которого лично допрашивал во время расследования. Согласно опубликованному интервью, Степан Куриков сообщал об обожжённых ветвях деревьев в районе трагедии. В этом же интервью Коротаев упоминает сообщения о найденном металлическом листе и дюралюминиевом обломке, однако специально подчёркивает, что не располагает основаниями утверждать об их принадлежности к ракете или другому летательному аппарату (Коротаев, 1991). Следователь ясно отделяет сведения, полученные от свидетелей, от собственных предположений. Именно поэтому его свидетельство представляет значительный интерес для настоящего исследования. Особое значение имеет совпадение сообщений Коротаева со сведениями, опубликованными Л. Н. Ивановым. Несмотря на различное происхождение этих источников, оба автора независимо друг от друга указывают на необычные повреждения древесной растительности в районе верхней границы леса.
В последние десятилетия значительный вклад в изучение документальной базы трагедии внесли современные исследователи, опубликовавшие ранее неизвестные материалы, архивные документы и критический анализ уголовного дела. Особое значение для настоящего исследования имеют работы Владимира Анкудинова, посвящённые анализу следственных материалов и обстоятельств расследования. Анкудинов обращает внимание на отсутствие в опубликованном уголовном деле ряда документов, которые, исходя из обычной следственной практики, могли существовать. К их числу он относит материалы повторного осмотра места происшествия, дополнительные фотографии, а также протокол допроса Степана Курикова, на существование которого косвенно указывает интервью В. И. Коротаева (Анкудинов). Следует подчеркнуть, что эти выводы являются исследовательской гипотезой и пока не подтверждены обнаружением соответствующих архивных документов. Вместе с тем они указывают на проблему полноты опубликованного следственного архива и определяют одно из перспективных направлений дальнейших исследований. Таким образом, источниковая база настоящей работы включает как официальные материалы расследования, так и более поздние свидетельства его участников, которые рассматриваются в совокупности и сопоставляются с современными научными данными. Именно комплексный анализ этих источников позволяет перейти к рассмотрению вопроса о характере повреждений древесной растительности и возможных механизмах их возникновения.
Опубликованные материалы позволяют выделить два независимых свидетельства, непосредственно касающихся состояния древесной растительности в районе трагедии. Оба они принадлежат непосредственным участникам расследования, однако имеют различное происхождение и основаны на разных источниках информации.
Одной из наиболее малоизученных особенностей материалов, относящихся к расследованию гибели группы И. А. Дятлова, являются сообщения о необычных повреждениях древесной растительности в районе верхней границы леса. Следует отметить, что сведения подобного рода отсутствуют в опубликованных материалах уголовного дела. Вместе с тем спустя десятилетия после завершения следствия они появились в воспоминаниях непосредственных участников расследования. Особенность этих сообщений заключается в том, что они исходят не от современных исследователей, а от лиц, лично принимавших участие в расследовании событий 1959 года. В настоящее время можно выделить две независимые линии свидетельств: публикацию следователя Л. Н. Иванова и интервью бывшего следователя В. И. Коротаева. Несмотря на различное происхождение, оба источника содержат сведения о необычных повреждениях древесной растительности именно в районе трагедии.
В статье "Тайна огненных шаров", опубликованной в 1990 году, Л. Н. Иванов сообщил, что во время повторного осмотра места происшествия, проведённого совместно с руководителем поисковой операции Е. П. Масленниковым, были обнаружены молодые деревья с необычными признаками термического воздействия (Иванов, 1990). Следует обратить внимание на несколько обстоятельств. Во-первых, речь идёт не о пересказе чужих слов, а о сообщении самого руководителя следствия. Во-вторых, Иванов связывает свои наблюдения с повторным осмотром места происшествия, то есть с действиями, проводившимися уже после завершения основных поисковых работ. В-третьих, в публикации говорится именно о молодых деревьях, расположенных на границе леса, а не о кедре, который традиционно является главным объектом внимания большинства исследователей. Само по себе сообщение Иванова не содержит достаточных данных для определения причины повреждений. Однако оно представляет значительный интерес как свидетельство непосредственного участника расследования и заслуживает анализа с позиций современной науки.
Вторым независимым свидетельством являются воспоминания бывшего следователя Владимира Ивановича Коротаева, опубликованные в интервью газете "На смену!" 14 февраля 1991 года. Рассказывая о ходе расследования, Коротаев вспоминает, что лично выезжал в район Отортена для опроса местных жителей и манси. Он пишет:
"Естественно, я как следователь должен был установить свидетельскую базу. С этой целью выехал в район гор Чистоп, Отортен, встретился с манси Степаном Куриковым, знаменитым охотником..."
(Коротаев, 1991)
Далее Коротаев приводит сведения, полученные непосредственно от Курикова.
"Хотя Степан Куриков, например, видел в тех местах обожжённые ветви деревьев, какой-то металлический лист. Помню, было заявление от жителя тех мест Епаничникова, который в районе катастрофы нашёл дюралюминиевый обломок. Сказать, что это обломок ракеты или другого летательного аппарата, я не могу. Свидетели, которые видели полёт шара, сегодня утверждают, что это была всё-таки ракета."
(Коротаев, 1991)
Следует обратить внимание на осторожность формулировок Коротаева. Он не делает выводов о происхождении обнаруженных предметов и специально подчёркивает отсутствие у него оснований утверждать, что найденный металл являлся частью ракеты. Вместе с тем сообщение об обожжённых ветвях деревьев приводится им как часть свидетельских показаний Степана Курикова. Именно это обстоятельство представляет наибольший интерес для настоящего исследования.
Сравнение публикаций Иванова и Коротаева позволяет отметить несколько существенных совпадений. Оба автора являлись непосредственными участниками расследования трагедии. Оба сообщают о необычных повреждениях древесной растительности. Оба локализуют эти повреждения в районе верхней границы леса. При этом происхождение информации различно. Иванов сообщает о собственных наблюдениях, сделанных во время повторного осмотра места происшествия, тогда как Коротаев передаёт сведения, полученные от свидетеля Степана Курикова. Следовательно, речь идёт о двух независимых линиях свидетельств, взаимно дополняющих друг друга. Само по себе совпадение подобных сообщений не является доказательством какого-либо конкретного механизма повреждений. Однако оно существенно повышает их источниковедческую значимость и делает необходимым дальнейший анализ.
Особого внимания заслуживает вопрос о документах, которые могли сопровождать повторный осмотр места происшествия. Если сообщение Л. Н. Иванова соответствует действительности, то проведённый им совместно с Е. П. Масленниковым осмотр должен был сопровождаться составлением процессуальных документов и, вероятно, фотосъёмкой. На данное обстоятельство обращает внимание исследователь Владимир Анкудинов. По его мнению, материалы повторного осмотра могли относиться к иному следственному производству и впоследствии не войти в опубликованное уголовное дело. Аналогичным образом Анкудинов указывает на отсутствие в опубликованном деле протокола допроса Степана Курикова, о существовании которого косвенно свидетельствует интервью В. И. Коротаева (Анкудинов).
Любое исследование повреждений древесной растительности должно строиться на принципе последовательного исключения наиболее вероятных причин. Именно такой подход используется современной лесопатологией, судебной ботаникой и криминалистикой. Поэтому прежде чем обсуждать возможность техногенного воздействия, необходимо рассмотреть, могли ли опубликованные свидетельства быть объяснены естественными природными процессами.
Наиболее распространённой причиной повреждения молодых хвойных деревьев в условиях Северного Урала является снеговая нагрузка. Под действием большого количества снега происходит изгибание стволов, обламывание верхушек, излом молодых побегов и отдельных ветвей. В отечественной лесопатологии подобные повреждения известны как снеголом (Shigo, 1986; Mattheck, 1998). Характерной особенностью снеголома является исключительно механический характер повреждений. При обследовании подобных участков выявляются сломы древесины, трещины коры, деформация стволов и ветвей, однако признаки термического воздействия отсутствуют. В опубликованных свидетельствах Л. Н. Иванова и В. И. Коротаева говорится именно об обожжённых деревьях и ветвях (Иванов, 1990; Коротаев, 1991). Подобное описание не соответствует типичной картине снеголома. Следовательно, если сообщения участников расследования отражают реальные наблюдения, обычная снеговая нагрузка не может рассматриваться как достаточное объяснение обнаруженных повреждений.
Одним из наиболее обсуждаемых объяснений трагедии является лавинная гипотеза. Независимо от оценки её применимости к обстоятельствам гибели группы Дятлова представляет интерес вопрос о возможном воздействии лавины на древесную растительность. Современные исследования показывают, что даже небольшие снежные лавины оказывают прежде всего механическое воздействие. Молодые деревья сгибаются по направлению движения снежной массы, обламываются, вырываются с корнем либо получают характерные повреждения коры вследствие трения снега, льда и переносимого материала (McClung & Schaerer, 2006). Лавина не вызывает локального термического поражения древесной растительности. Особый интерес представляет свидетельство участника поисковой операции Владислава Карелина, который неоднократно подчёркивал, что в районе палатки отсутствовали признаки прохождения лавины через верхнюю границу леса. По его словам, молодые деревья и кустарники не имели характерных механических повреждений, которые неизбежно должны были возникнуть при движении снежной массы через лес. Следовательно, опубликованные свидетельства не позволяют объяснить сообщения об обожжённых ветвях воздействием снежной лавины.
В условиях суровой зимы хвойные деревья нередко подвергаются воздействию экстремально низких температур. Наиболее известными последствиями являются морозобоины, повреждение камбия, иссушение хвои и гибель отдельных побегов (Sakai & Larcher, 1987). Однако морозные повреждения имеют иную морфологическую картину. Как правило, они проявляются в виде продольных трещин коры, усыхания верхушек, побурения хвои и постепенного отмирания тканей. При этом отсутствуют локальные участки обугливания или признаки воздействия высокой температуры. Таким образом, опубликованные сообщения об обожжённых ветвях не соответствуют типичной картине морозных повреждений хвойных деревьев.
Сильный ветер способен вызывать механическое повреждение древесной растительности, включая излом ветвей, деформацию молодых деревьев и ветровал (Mattheck, 1998). Подобные повреждения имеют характерные признаки механического разрушения древесины и коры. Термические изменения тканей при этом отсутствуют. В опубликованных свидетельствах участников расследования отсутствуют сведения о массовом ветровале или значительных механических повреждениях лесной растительности. Следовательно, ветровое воздействие также не объясняет сообщения об обожжённых ветвях деревьев.
В непосредственной близости от кедра был обнаружен костёр, возле которого находились тела Юрия Дорошенко и Юрия Кривонищенко. Поэтому необходимо рассмотреть возможность того, что именно этот костёр мог стать причиной повреждения окружающей древесной растительности. Современная пожарная экология показывает, что воздействие открытого костра носит локальный характер и сопровождается вполне определёнными признаками: обугливанием нижней части стволов, повреждением лесной подстилки, следами длительного теплового воздействия и характерным распределением повреждений вокруг очага горения (Ryan, 1982). Опубликованные свидетельства Л. Н. Иванова и В. И. Коротаева относятся к молодым деревьям на границе леса, а не к самому кедру или деревьям, непосредственно окружавшим костёр. Более того, в доступных источниках отсутствуют сведения, позволяющие связать описанные повреждения с воздействием костра. Поэтому на основании имеющихся материалов такая интерпретация представляется недостаточно обоснованной.
Ещё одной естественной причиной локальных повреждений древесной растительности, которую необходимо рассмотреть, является удар молнии. Известно, что атмосферные электрические разряды способны вызывать тяжёлые повреждения деревьев, включая расщепление стволов, отслоение коры, разрушение древесины, воспламенение отдельных участков и возникновение лесных пожаров. Подобные явления подробно описаны в работах по лесной экологии, дендрологии и защите лесов от пожаров (Taylor, 1974; Latham & Williams, 2001; USDA Forest Service, 2012). Характер повреждений, возникающих при ударе молнии, достаточно хорошо изучен. Наиболее типичными признаками являются вертикальные полосы сорванной или отслоившейся коры, глубокие продольные трещины ствола, расщепление древесины, повреждение корневой системы вследствие прохождения электрического тока, а также локальные участки обугливания непосредственно в месте прохождения разряда. В ряде случаев дерево полностью погибает или становится очагом последующего поражения насекомыми и грибами. Если удар сопровождается воспламенением лесной подстилки, возникают характерные следы поверхностного пожара, распространяющегося вокруг дерева. Следует учитывать и климатические особенности района происшествия. Гибель группы Дятлова произошла в зимний период, когда территория Северного Урала находилась под влиянием устойчивого антициклона, сопровождавшегося отрицательными температурами и отсутствием грозовой деятельности. Согласно современным метеорологическим представлениям, вероятность возникновения обычных грозовых разрядов в подобных условиях крайне мала. Кроме того, опубликованные свидетельства Л. Н. Иванова и В. И. Коротаева не содержат описаний характерных признаков поражения деревьев молнией. В них отсутствуют сведения о расщеплённых стволах, продольных повреждениях коры, следах прохождения электрического разряда или иных признаках, типичных для удара молнии. Напротив, речь идёт лишь об обожжённых ветвях и молодых деревьях на границе леса. Следовательно, на основании имеющихся опубликованных материалов воздействие молнии не может рассматриваться как объяснение описанных повреждений древесной растительности. Вместе с тем отсутствие первичных материалов следствия не позволяет полностью исключить какие-либо обстоятельства, не отражённые в доступных источниках. Поэтому данный вывод относится исключительно к тем сведениям, которые содержатся в опубликованных воспоминаниях участников расследования и иных доступных документах.
После рассмотрения наиболее вероятных природных механизмов повреждения древесной растительности возникает вопрос: существуют ли известные физические процессы, способные вызвать локальные повреждения деревьев без развития полномасштабного лесного пожара? Современная лесопатология и пожарная экология дают положительный ответ на этот вопрос. Помимо обычных лесных пожаров, древесная растительность может подвергаться воздействию кратковременных высокотемпературных газовых потоков. Подобные процессы описаны при авариях авиационной и ракетной техники, испытаниях реактивных двигателей, воздействии пирокластических потоков и других высокоэнергетических явлениях (Ryan, 1982; Hood, 2010; Drysdale, 2011). Во всех перечисленных случаях продолжительность теплового воздействия измеряется секундами или даже долями секунды. Несмотря на чрезвычайно высокую температуру газа, время контакта оказывается недостаточным для развития полноценного лесного пожара. В результате возможно возникновение локальных повреждений древесной растительности без формирования обширной зоны выгорания.
Исследования показывают, что при кратковременном тепловом воздействии наиболее чувствительными оказываются молодые ткани растения. В первую очередь повреждаются:
Толстые ветви и ствол обладают значительно большей теплоёмкостью и способны переносить кратковременный нагрев без выраженных внешних изменений (Hood, 2010). Данное обстоятельство представляет интерес при анализе сообщений Л. Н. Иванова и В. И. Коротаева, поскольку оба автора говорят именно о молодых деревьях и ветвях, а не о повреждении крупных стволов. Разумеется, подобное совпадение само по себе не является доказательством какого-либо конкретного механизма, однако оно соответствует современным представлениям о физиологии древесных растений.
Одним из наиболее распространённых возражений против возможности кратковременного теплового воздействия является отсутствие сведений о лесном пожаре. Однако современные исследования пожарной физики показывают, что возникновение устойчивого горения определяется не только температурой источника тепла, но и количеством переданной энергии, продолжительностью воздействия, влажностью древесины, состоянием хвои и лесной подстилки (Drysdale, 2011). Даже поток газа с температурой в несколько сотен или тысяч градусов способен вызвать локальное повреждение поверхности растения, если продолжительность контакта составляет лишь короткий промежуток времени. При этом энергия может оказаться недостаточной для воспламенения влажной древесины, снежного покрова или лесной подстилки. Следовательно, отсутствие масштабного лесного пожара само по себе не исключает возможности кратковременного высокотемпературного воздействия.
Подобные механизмы повреждения древесной растительности описаны в современной научной литературе при исследовании различных высокоэнергетических процессов. К ним относятся:
Несмотря на различную природу перечисленных процессов, все они характеризуются сходным физическим механизмом - кратковременным воздействием высокотемпературного газового потока на окружающую растительность. В подобных условиях возможно локальное повреждение наиболее чувствительных частей дерева без формирования классической картины лесного пожара (Ryan, 1982; Hood, 2010; Drysdale, 2011).
Следует особо подчеркнуть, что приведённые выше сведения больше укладываются в техногенную природу событий на перевале Дятлова. Современная наука показывает, что существование локальных термических повреждений древесной растительности без развития масштабного пожара является физически возможным явлением. Следовательно, сообщения Л. Н. Иванова и В. И. Коротаева не противоречат известным закономерностям поведения древесной растительности при кратковременном воздействии высокотемпературных газовых потоков. Это означает, что техногенная гипотеза не может быть отвергнута только на том основании, что в районе трагедии не было обнаружено признаков крупного лесного пожара.
После исключения наиболее распространённых природных причин возникает необходимость сопоставить опубликованные свидетельства с известными случаями техногенного воздействия на древесную растительность. Следует подчеркнуть, что подобный сравнительный анализ не направлен на доказательство какой-либо конкретной версии событий. Его задача состоит в определении того, встречаются ли аналогичные повреждения деревьев при известных современной науке высокоэнергетических процессах. Такой подход широко применяется в криминалистике и судебной ботанике, где реконструкция механизма повреждения строится на сравнении исследуемого объекта с ранее изученными аналогами.
Современные исследования показывают, что реактивные двигатели создают направленный поток раскалённых газов с температурой, достигающей нескольких сотен и тысяч градусов Цельсия. Однако продолжительность воздействия на окружающие объекты обычно крайне мала. Вследствие этого наблюдается своеобразная картина повреждений. Наиболее сильно страдают хвоя, молодые побеги и тонкие ветви, тогда как крупные стволы могут сохранять внешнюю целостность. При отсутствии достаточного количества горючего материала или длительного нагрева полноценный лесной пожар может не развиться (Drysdale, 2011; Hood, 2010). Подобный механизм представляет интерес при анализе свидетельств Л. Н. Иванова и В. И. Коротаева, поскольку оба автора сообщают именно о повреждении молодых деревьев и ветвей.
Экологические исследования районов падения ступеней ракет показывают, что воздействие ракетной техники на природную среду далеко не всегда сопровождается масштабными пожарами. В научной литературе описаны случаи локального повреждения растительности, вызванного воздействием горячих газов, продуктов сгорания топлива и высокотемпературных элементов конструкции. При этом характер повреждений зависит от продолжительности воздействия, влажности почвы, состояния снежного покрова и особенностей растительности. Исследования, выполненные после аварий ракет-носителей, подтверждают возможность возникновения ограниченных зон термического воздействия без формирования обширных выгоревших участков леса. Следует отметить, что большинство подобных работ посвящено экологическим последствиям аварий и не ставит целью детальное изучение морфологии повреждений отдельных деревьев. Тем не менее они подтверждают саму возможность локального термического воздействия на лесную растительность.
Интересный физический аналог представляют исследования последствий пирокластических потоков при вулканических извержениях. Несмотря на принципиально иную природу явления, воздействие высокотемпературного газового облака на древесную растительность сопровождается локальными термическими повреждениями без обязательного формирования классического лесного пожара. После извержения вулкана Сент-Хеленс исследователи описали участки так называемого "стоящего обожжённого леса" (standing scorched forest), где деревья сохраняли вертикальное положение, однако хвоя и молодые побеги были повреждены воздействием горячих газов. Данный пример не является аналогом событий на перевале Дятлова, однако демонстрирует общий физический принцип: кратковременный высокотемпературный поток способен вызвать повреждение древесной растительности без характерной картины длительного горения.
Особый интерес представляет гипотеза Владимира Анкудинова, который обращает внимание на принципиальное различие между так называемыми точечными и объёмными взрывами. В качестве теоретической основы автор использует положения учебного пособия С. И. Клячина 'Теория горения и взрыва. Часть 2. Взрывы и взрывчатые вещества' (2020), согласно которому химические взрывы подразделяются на две основные группы: точечные (сосредоточенные) и объёмные.
Согласно указанному источнику, точечными являются взрывы конденсированных взрывчатых веществ, занимающих небольшой объём относительно зоны поражения. При таких взрывах основным поражающим фактором выступают ударная волна и высокоскоростные продукты детонации. Продолжительность существования открытого пламени крайне мала, а термическое воздействие на удалённые объекты обычно ограничено.
В отличие от этого, объёмный взрыв представляет собой воспламенение газо-, паро- или пылевоздушного облака. Как отмечает С. И. Клячин, при таком процессе образуется значительное облако разогретой горящей смеси - так называемый 'огненный шар', способный распространяться в окружающей среде и переносить тепловую энергию на значительное расстояние.
Развивая данную концепцию, Владимир Анкудинов обращает внимание на опубликованные свидетельства Л. Н. Иванова и В. И. Коротаева об обнаружении обожжённых ветвей на границе леса. По мнению автора, подобные повреждения значительно лучше согласуются с воздействием высокотемпературного газового облака, характерного для объёмного взрыва, чем с последствиями точечного взрыва конденсированного взрывчатого вещества. Согласно этой гипотезе, именно открытое пламя и горячие продукты объёмного взрыва могли вызвать локальное термическое поражение молодых деревьев и одновременно привести к плавлению снежного покрова на безлесном склоне.
Представляет интерес, что описанный механизм имеет ряд общих физических черт с рассмотренными выше примерами воздействия реактивных газовых струй и пирокластических потоков. Во всех этих случаях поражающее воздействие обусловлено распространением значительного объёма высокотемпературных газов, способных переносить тепловую энергию за пределы непосредственного источника её возникновения. Несмотря на различное происхождение указанных процессов, характер термического воздействия на древесную растительность может иметь сходные морфологические проявления.
Следует подчеркнуть, что изложенная интерпретация представляет собой авторскую гипотезу Владимира Анкудинова, основанную на сопоставлении опубликованных свидетельств с современными представлениями о физике объёмных взрывов. Сама физическая модель объёмного высокотемпературного газового облака представляет научный интерес при сравнительном анализе возможных причин локального термического повреждения древесной растительности.
Одним из распространённых возражений является указание на то, что повторный осмотр места происшествия проводился лишь спустя несколько месяцев после трагедии. Современные исследования физиологии хвойных деревьев показывают, что последствия умеренного термического повреждения могут сохраняться значительно дольше. При поражении камбия и молодых побегов изменения окраски хвои, усыхание отдельных ветвей и нарушение жизнедеятельности тканей нередко становятся наиболее заметными спустя недели и даже месяцы после воздействия (Bär et al., 2019). Следовательно, сам по себе временной интервал между февралём и маем 1959 года не противоречит возможности обнаружения следов локального термического воздействия во время повторного осмотра места происшествия. Разумеется, данный вывод не доказывает, что именно такой механизм имел место в районе перевала Дятлова. Однако он свидетельствует о том, что сообщения Л. Н. Иванова не противоречат современным представлениям лесопатологии о развитии последствий термического повреждения древесной растительности.
Проведённый анализ позволяет сделать вывод, что сведения о необычных повреждениях древесной растительности нельзя рассматривать как случайную деталь истории расследования. На сегодняшний день имеются по меньшей мере две независимые линии свидетельств, указывающие на наличие необычных повреждений деревьев в районе верхней границы леса. Первая представлена публикацией следователя Л. Н. Иванова, сообщившего о молодых деревьях с признаками необычного термического воздействия, обнаруженных во время повторного осмотра места происшествия совместно с Е. П. Масленниковым (Иванов, 1990). Вторая содержится в интервью бывшего следователя В. И. Коротаева, который со ссылкой на лично допрошенного им мансийского охотника Степана Курикова сообщил об обожжённых ветвях деревьев в районе трагедии (Коротаев, 1991). Несмотря на различное происхождение этих свидетельств, оба источника указывают на один и тот же объект исследования - древесную растительность верхней границы леса.
Сопоставление опубликованных свидетельств с современными исследованиями лесопатологии показало, что описанные повреждения не имеют очевидного соответствия наиболее распространённым природным механизмам. Снеговая нагрузка, морозные повреждения, ветровал, лавинное воздействие и обычный лесной пожар сопровождаются характерными морфологическими признаками, которые существенно отличаются от опубликованных описаний (Ryan, 1982; Agee, 1993; Sakai & Larcher, 1987; McClung & Schaerer, 2006). При этом современная научная литература подтверждает существование другого типа повреждений - локального термического воздействия, возникающего при кратковременном контакте древесной растительности с высокотемпературными газовыми потоками (Hood, 2010; Drysdale, 2011). Само по себе данное совпадение не доказывает происхождение повреждений, однако показывает, что опубликованные свидетельства не противоречат известным современной науке физическим механизмам.
Настоящее исследование не ставило своей целью доказательство какой-либо конкретной версии гибели группы Дятлова. Вместе с тем проведённый анализ позволяет сделать вывод, что совокупность рассмотренных признаков лучше согласуется с возможностью кратковременного локального высокотемпературного воздействия, чем с известными природными механизмами повреждения древесной растительности. Это не означает, что техногенная природа событий может считаться установленной только на основании факта термического повреждения растительности. Однако полученные результаты в совокупности с другими фактами позволяют рассматривать техногенную гипотезу как одно из наиболее перспективных направлений дальнейших исследований, требующее проверки с использованием дополнительных архивных материалов и современных методов криминалистического анализа. В этой связи заслуживает внимания предположение Владимира Анкудинова о существовании материалов повторного осмотра места происшествия, выполненного Л. Н. Ивановым и Е. П. Масленниковым, а также отсутствующего в опубликованном уголовном деле протокола допроса Степана Курикова (Анкудинов). Обнаружение этих документов могло бы существенно расширить имеющуюся доказательную базу.
Одной из наиболее актуальных задач представляется повторное исследование архивных фотографий поисковой операции. До настоящего времени основное внимание исследователей было сосредоточено на палатке, следах на снегу, расположении тел погибших и особенностях рельефа местности. Состояние древесной растительности практически не являлось предметом самостоятельного анализа. Между тем современные методы высокоразрешающего сканирования, цифровой обработки изображений и фотограмметрии позволяют исследовать архивные фотографии на уровне, недоступном исследователям предыдущих десятилетий. Особую ценность могут представлять оригинальные негативы, первые фотокопии и неопубликованные снимки участников поисковой операции. Если удастся обнаружить фотографии молодых деревьев, упоминаемых Л. Н. Ивановым, они должны стать объектом комплексной лесопатологической и криминалистической экспертизы. Даже отрицательный результат подобного исследования будет иметь существенное научное значение, поскольку позволит исключить ряд гипотез и уточнить обстоятельства трагедии.
Настоящая работа является первой попыткой систематизировать и проанализировать сведения о термических повреждениях древесной растительности в районе гибели группы И. А. Дятлова с использованием современных данных лесопатологии, судебной ботаники и физики тепловых процессов. Проведённое исследование показывает, что данный аспект трагедии заслуживает значительно большего внимания, чем ему уделялось ранее. Повреждения деревьев не позволяют самостоятельно реконструировать обстоятельства трагедии. Однако они могут представлять собой один из немногих сохранившихся материальных следов физических процессов, происходивших на границе леса зимой 1959 года. Именно поэтому авторы считают необходимым включить древесную растительность в число приоритетных объектов дальнейших исследований трагедии на перевале Дятлова.
|